Сталь и камень - Сильвана Дж. Санчес

– Нет! – вскричал он, в голосе его звучала паника, почти мольба. Его взгляд застыл на мече. – Разве ты не понимаешь? Несущего пустоту мог подарить только Аид. Если он посчитал тебя достойной этого меча, никто не может отнять его у тебя – если хочет жить.

Меня охватила тревога.

– Достойной? – переспросила я. Бо́льшую часть времени я не переносила собственного вида в зеркале. – Гипнос, я даже не знаю, кто я, – пробормотала я, отвернувшись от стола. – Конечно, я недостойна оружия, созданного богом.

– Давай проверим, – предложил он, приблизившись ко мне.

Я замерла, и мое сердце мучительно забилось.

– Достань его из ножен, – велел Гипнос тоном, не терпящим возражений.

Я нехотя подчинилась.

– Можешь взять меч? – спросил он, выгнув бровь. Прежде чем я успела возразить, Гипнос выхватил свой меч из ножен и бросился на меня со всей свирепостью.

Мое тело пришло в движение быстрее, чем я успела осознать происходящее. Я заблокировала удар с проворностью, которая удивила нас обоих.

– Вот видишь! – воскликнул Гипнос, приятно удивленный. Затем снова бросился на меня, замахнувшись мечом, и я легко отразила удар. На этот раз я сама атаковала его. Он отшатнулся, потрясенный моими способностями.

– Впечатляюще, – сказал бог, убирая меч в ножны. – Ты явно умеешь обращаться с оружием. – Гипнос приблизился ко мне, и его глаза сверкнули. – Я не знал о твоих способностях.

– Я тоже… – Я пожала плечами, стараясь не обращать внимания на восхищение в его взгляде.

Я посмотрела на отполированную вороненую сталь и увидела свои глаза в отражении. Неожиданно в моей памяти вспыхнуло воспоминание – юная я, в потрясающем дворце у моря, сражаюсь с привлекательным юношей, удивительно изящным и опытным.

Я зажмурилась и отмахнулась от воспоминания и странных эмоций, которые оно вызвало.

– Ты смертная в королевстве богов и чудовищ, моя госпожа, – продолжил Гипнос, ведя меня к буфету. – Я настоятельно рекомендую всегда носить меч с собой, особенно теперь, когда тени подобрались так близко ко дворцу.

Я отвела взгляд и решительно кивнула. Независимо от того, была ли я действительно достойна этого оружия, Гипнос был прав.

15. Филлип

Бушевал шторм, ветер завывал, словно тысяча голодных волков, и волны обрушивались на корабль, словно тот был игрушкой. Я вцепился в штурвал, изо всех сил пытаясь удержать судно, но все было напрасно.

Тогда я увидел ее. Из черноты горизонта поднималась огромная зияющая воронка темной воды – жуткая картина, и мы приближались к ней.

Меня парализовал ужас.

– Капитан! – хрипло крикнул я поверх поднявшегося ветра. – Прямо по курсу! Водоворот!

Бурное море пенилось вокруг нас, затягивая в темные глубины. «Дыхание дракона» скрипел и стонал под нашими ногами. Его корпус содрогался и качался, словно вот-вот разлетится на миллион обломков.

Испуганный крик Мурскилл рассек воздух, слившись с оглушительным ревом волн. Воронка кружилась и кружилась, бурлящая бездна казалась бесконечной. Ее мощь ошеломляла, глубины были бездонными. На ее фоне мы казались жалкими песчинками, повисли на волосок от смерти, которой было не избежать.

В ужасе и потрясении я сжал поручни, не в силах отвести взгляда от неминуемого рока. Древесина визжала, словно от боли, веревки рвались от силы волн. Но даже эти попытки корабля сопротивляться меркли перед яростью водоворота. Мы беспомощно неслись в пучину забвения.

Воронка не была природным явлением: от нее исходила темная, коварная магия, столь же известная, как и само Железное море.

Я бросился к Элоиз и обхватил ее за талию, перекрикивая шторм:

– Мы должны привязать себя к кораблю, пока течение не затянуло нас под воду!

Девушка молча кивнула, и я потащил ее к мачте, где лежали снасти. Дрожащими руками я торопливо привязал один конец веревки к мачте и крепко обязал другой вокруг талии Элоиз: если она упадет за борт, это означало верную смерть.

– Отличная работа, – крикнула она поверх ветра. – Теперь позаботься о себе.

Порывы ветра завывали, волосы хлестали по лицу, пока я возился с узлами, затягивая их покрепче, чтобы меня не смыло за борт. Но прежде чем я успел смотать снасти должным образом, огромная волна ударила по нам с правого борта. Корабль резко накренился, и всего на одно мгновение я потерял равновесие, а потом полетел вперед и отчаянно вцепился в веревку. Бурная пена воронки брызнула мне в лицо.

Капитан Мурскилл сохраняла привычное хладнокровие, несмотря на опасность ситуации, но мое сердце билось быстрее, чем когда-либо. Теперь наши жизни зависели лишь от этой веревки.

– Держись крепче! – крикнул я поверх громового рева океана. – Нас ждет та еще болтанка!

Собрав всю храбрость, я боролся с натиском воронки каждой клеточкой своего тела, безнадежно надеясь, что нам удастся избежать ее смертоносных тисков.

Но я знал, что это была бессмысленная битва. Увидев зияющую пасть смерти, я почувствовал, как отчаяние ледяным одеялом накрыло мою душу. Скоро «Дыхание дракона» окажется на кладбище кораблей на дне этой темной бездны, и я никак не мог спасти нас. И все равно я отказывался отступать. Хотя тьма угрожала поглотить нас, мы не поддадимся страху. Смелость останется с нами до конца.

Такова была наша судьба, – но мы встретим ее с достоинством.

16. Красавица

Я выскользнула из Полуночного дворца, как только первые сумерки окрасили небо в огненные оттенки. Я тихо кралась по пустым длинным коридорам, в которых не раздавалось ни звука: не было привычных гостей или слуг, которые, казалось, бесследно исчезли накануне вечером. Гипноса тоже не было.

В последние несколько часов атмосфера переменилась – признак грядущих великих событий. Но у меня не было времени раздумывать над этим. Не теперь, когда у меня была цель поважнее: понять, кто я.

С мечом в руках и недавно обнаруженными неиспытанными навыками ведения боя я решила отправиться в бесконечный Вуалевый лес. Стоило мне оставить экзотичный королевский двор и углубиться в чащу, как до моих ушей донесся шепот океана. Он звал меня своей сладкой песней, притягивал душу.

Сердце забилось в груди, когда звук эхом разнесся по густому лесу. Холодный пот потек по спине и мышцы заныли от напряжения, но я продолжала бежать. Неизвестное маячило передо мной, и я бежала, пока не оказалась на поле. Шум усиливался, и неожиданно меня охватило тепло. На короткий миг я почувствовала удивительное спокойствие.

В воображении возник образ пенящегося лазурного моря и тихих берегов, где заветный закат окрашивал соленый воздух в бледно-янтарный цвет. Солнечные лучи играли на беспокойной поверхности, отражаясь в его глубинах золотыми искрами.

Величественная картина